Она достучится для каждого

— А остальных детей вы дома рожали? — такой вопрос мы не могли не задать 49-летней жительнице поселка Аршалы Наталье Ростовцевой после ее слов: «Детей у меня пятеро». И – в дальнейшем разговоре: «В больнице я всего один раз лежала, когда дочь рожала».

— Так что же, вы первого ребенка вы родили, когда вам всего 16 лет было? — не могли не спросить и об этом, когда она вскользь сказала, что старшим сыновьям уже по 34 года.

Признаемся, что «разговорить» Наталью Петровну было непросто. Хотя к замкнутым, что-то скрывающим людям она явно не относится. Поговорив с нею подольше, поняли, что для этого человека все пятеро детей одинаково родные и что «рожала – не рожала» настолько неважно, что и говорить об этом не стоит.

Как оказалось, разговаривать она не была настроена еще и потому, что «Сижу как на иголках, у меня корова ночью отелилась, за нею же пригляд нужен». Владельцы личных подворий ее поймут. Но, слово за слово, видя искренне сопереживание, о жизни своей, пусть скупо, но поведала. Без жалоб, сетований, «охов-ахов». Не скрывая и того, что были такие моменты, когда казалось, что все, сломается, не выдержит. А каково ей было в разные годы, судите сами.

В свои 16 лет Наталья, как и многие ее ровесницы в конце 80-х годов прошлого столетия, в ПТУ осваивала профессию повара. Старшая сестра родила двух мальчиков-близнецов и оставила их в роддоме. Увещевать было бесполезно, она тут же вернулась в компанию собутыльников, к прежнему разгульному образу жизни. Да, собственно, и некому было уговаривать. Родители сами от рюмки не отказывались.

И только шестнадцатилетняя Наталья никак не могла смириться с тем, что племянники будут расти если не в детском доме, то у приемных родителей. — Мама, я все буду делать сама, и зарабатывать сама буду, только давай возьмем мальчиков домой, — только с таким условием бабушка и дедушка оформили опеку над новорожденными внуками. Но ненадолго. Наталья очень быстро оформила усыновление.

Вот на вопрос «Как удалось? Вам же тогда 18 лет не исполнилось, не замужем, своего жилья не было…» — мы ответа не получили. Сказала только, что нашла людей, которые помогли получить новый паспорт, по которому она была старше как раз на два года. Вспомним, что это было вначале тех самых 90-х, когда и не такое было возможно.

Очень скоро от родителей ушла, растила малышей сама. Близнецам было по четыре годика, когда сестра родила еще одного мальчика. Наталья усыновила и его.

Была уже середина 90-х… Когда зарплат не стало, а мизерные пенсии, пособия с огромными задержками выдавались. Наталья в то время жила с мальчиками в холодном общежитии. Робкой она по природе своей не была, а тут… «не о себе, о детях думала». Одела детей – и в акимат районный: «Где детские пособия? Я смогу заработать, а что положено детям – выдайте». Выдали, помогли.

Дети подрастали, работы Наталья никогда не боялась, жизнь налаживалась. Вышла замуж: «Все удивлялись: надо же. У нее на шее трое, а она мужа нашла». Родилась дочь. По словам Натальи, муж мальчишек любил чуть ли не больше, чем родную дочь. Они от него не отходили, при нем стали первыми помощниками по хозяйству. А оно в семье уже тогда было немалым. На окраине поселка Аршалы хозяйство держать можно. «А как иначе детей на ноги ставить?» — недоумевает Наталья на сочувствующее: «Это же трудно». А муж всему, что мог, сыновей обучил. Как будто чувствовал свою скорую кончину.

Умер в 37 лет, Наталья моложе его на два года. Старшим мальчикам было тогда по 17 лет. Через пять лет Наталья вновь вышла замуж за серьезного, надежного мужчину. К этому времени старшие сыновья уже самостоятельно жили. Сразу после школы водительские права получили, на большегрузных автомобилях работали.

И так получилось, что у Натальи Петровны еще один сын появился. Подробностями она делиться не стала. Вкратце сказала, что у дочери все хорошо, живет благополучно и зажиточно. Но ее муж не принял ребенка, рожденного ею до брака. Ну что же, бывает. Бабушка и внука усыновила.

Ее и мужа мальчик называет мамой и папой. Все у них хорошо. Один сын в столице живет, второй управляет крестьянским хозяйством, еще один– пока с ними, в родительском доме. У двоих – семьи крепкие, дети. Наталью мамой не только они называют, но и снохи. Так что родственников у младшенького Ярослава…

Наталья с мужем работают. Хозяйство… Во многих селах люди одну корову редко держат. А тут – четыре. Да еще: шесть лошадей, поросята, бараны, птица… Так что из родного дома с пустыми сумками никто не уходит.

Но энергии, желания кому-то помочь, о ком-то еще заботиться у Натальи Петровны столько, что в свои без малого 50 лет она – один из неформальных лидеров местного сообщества. Благо, современные технологии общественную деятельность помогают сделать эффективнее и проще: «Мы группы «Адамдар» в ватсапе создали. Кому-то помочь, вещи собрать, продуктами поделиться – только клич брось». Ну по дворам приходится пробежаться, взять, передать… Но это же нетрудно».

Так что когда руководитель ОФ «По профилактике и снижению заболеваемости туберкулезом «Игілік» Айман Темирханова искала аутрич -работника в поселке Аршалы, то ее сокурсница, десятки лет проработавшая участковым педиатром, сразу рекомендовала Наталью: «Аккуратистка. Энергичная. Ответственная. Не подведет». А та восприняла это, как знамение: «У меня же первый муж от туберкулеза умер. Не хотел лечиться ни в какую. Так что я знаю, что это такое…».

Что ни говори, а слова «Мы через это прошли. Муж болел, а я родила здорового ребенка, никто из членов семьи не заразился. Бояться не надо, просто выполняйте все рекомендации» – убеждают больше, чем медицинские термины и прогнозы.

— Да я же всех знаю, меня все знают. Пусть попробуют дверь не открыть, — Наталья Петровна из тех, кто «за словом в карман не полезет»,знает, как с людьми, ведущими асоциальный образ жизни, разговаривать. — Они реагируют: «Ну, так бы сразу и сказала». А собаки почему-то меня не только укусить не пытаются, даже не лают.

По словам медицинских работников, помощь аутрич-работников неоценима. Подворовой обход всех проблем не решает. Это частная собственность. Могут медсестре ворота не открыть. А для Натальи Ростовцевой запертых дверей не существует, до любого достучится.

Рассказывает о таком случае. Знала, что в доме неподалеку компании пьяные собираются, живет там неработающая 46-летняя женщина с российским гражданством. Ни в одних списках не значится, нигде на учете не состоит. Зашла, а там… Холод, грязь, на куче тряпья – хозяйка, истощенная до крайней степени. Привезли в больницу, отмыли, привели в чувство, обследовали. Туберкулез, к общей радости, не выявили. Выписывали – одеть было не во что. Бросили клич в группе «Адамдар», собрали одежду, еду. «А толку-то, — вздыхает Наталья Петровна. — Вечером захожу, а она опять пьяная. Но теперь я глаз с этого дома не спущу».

Так что задачу, поставленную перед аутрич-работниками, – в месяц каждый должен проинформировать о симптомах, опасности туберкулеза 40 человек, не менее 10 привести на флюорографию, – Наталья Ростовцева решает: «Если надо, и через забор перелезу. Я же знаю, как опасен туберкулез. И что бороться с ним можно и нужно».

Аршалынский район.

By Нина Ивановна Митчинова

Корреспондент. Тел. (7162) 25-69-16

Related Posts