Добродетельный город как предтеча «smart city»

Мы продолжаем публикацию тезисов докладов, прозвучавших на международной онлайн-конференции: «Аль-Фараби: диалог времен», посвященной 1150-летию Абу Насра ибн аль-Фараби, организованной КГУ им. Ш. Уалиханова.

Принявшая в ней участие профессор кафедры издательского дела и дизайна Казахского национального университета имени аль-Фараби Гюльнар МУКАНОВА в своем докладе затронула малоизученный аспект влияния творчества аль-Фараби не только на философскую мысль XX столетия, но и попытки спекулятивного использования творческого наследия великого мыслителя.

Несомненным достоинством ее исследования стало глубоко научное доказательство роли Мустафы Шокая в доказательстве отсутствия связи между социальной концепцией аль-Фараби и формированием идеологии фашизма.

Оказавшись в эмиграции в Европе, казахский философ Мустафа Шокай реализовался многогранно: как публицист, редактор, писатель, аналитик, коммуникатор, общественный деятель. В круг его общения входили известные немецкие и французские ученые, историки и философы.

Малоизвестной гранью наследия М. Шокая можно считать его интерес к классической исламской философии. В 1941 году Мустафа Шокай в статье «Туркестан» сделал блестящий анализ книги, в которой упоминалась и анализировалась «модель добродетельного города» аль-Фараби.

Шокай отстаивал гуманистическую сущность учения тюрка аль-Фараби. В защите от нападок нацистов в 1930-е годы нуждалось даже интеллектуальное наследие средневекового мыслителя. Отрицание каких-либо общих черт между учением аль-Фараби и немецкого философа Фридриха Ницше составляет суть позиции Мустафы Шокая.

К сожалению, в декабре того же 1941-го года Шокая не стало. Уважая мнение друга, зарубежные единомышленники и друзья М. Шокая опубликовали статью «Туркестан», найдя ее в его бумагах.

Таким образом, даже после ухода автора, его прогрессивные взгляды на трактат Абу Наср ибн Мухаммеда аль-Фараби были опубликованы. Однако они стали достоянием на родине эмигранта и антисталиниста только после обретения независимости, когда архив М. Шокая, завещанный его вдовой М. Гориной Французской республике, стал доступен казахстанским исследователям.

Мустафа Шокай в статье «Туркестан» выступил как тонкий популяризатор тюркского культурного наследия, в частности аль-Фараби. Надо отметить, что в Германии заботились о философском обосновании зарождавшегося фашизма. Не избежала «модной» тенденции книга исследователя барона Карра-де-Во, в которой автор (не очень корректно) сделал ссылку на учение аль-Фараби как на приверженца ницшеанства. Более того, Карра-де-Во проводил параллель между «идеальным градом» у аль-Фараби и «сверхчеловеком» немецкого философа Ницше. В условиях фашистской агитации, в преддверии Второй мировой войны, «приравнивать» Фараби к идеологии нацизма было политической «фишкой» с непредсказуемыми последствиями.

Как профессиональный юрист Мустафа Шокай сразу заметил двусмысленность и выразил свое резкое неприятие постулата Карра-де-Во. Благодаря статье «Туркестан» мы знаем, как горячо защищал Шокай культурное наследие тюрков и насколько ясно он предвидел опасность фашизма и нацизма.

Обратившись к жизнеописанию аль-Фараби, Шокай аутентично передал результаты поисков: «…отношение к силе и насилию и оценка их роли в обществе у Фараби совсем иные, противоположные, чем у немецкого философа. Если для Ницше добро — то, что позволяет высшей касте господствовать над низшей, «сверхчеловеку» над обыденными людьми, то для Фараби насилие и сила есть ни что иное, как «болезнь жестокости в человеческой философии».

В целом в первой половине 20 века в европейском философском дискурсе проявился интерес к тюркской науке и ее достижениям. В1930-1932 гг. в Париже был опубликован перевод на французский язык первой части труда аль-Фараби «Большая книга о музыке», осуществленный г-ном Эрланже. Это отдельная страница фарабиеведения.

Образы идеального социума-города в трактате выходца из Отрара оказались близки европейскому интеллектуальному сообществу; они противостояли нацистским фетишам. С другой стороны, шли неустанные поиски обоснования нацизма посредством восточной мистики и теологии, и это в некотором смысле стимулировало ориенталистику.

В межвоенный период в Европе взросли посевы идеологии превосходства белой арийской расы, которые подпитывали германский и итальянский фашизм. Так, в ход пошли рассуждения Ницше, которые идеологи национал-социализма тиражировали. Искусственно был оживлен интерес к мистицизму — отсюда увлечение Востоком и восточной философией. Этим объясняется интерес европейских культурологов к средневековым рукописям. К примеру, барон Карра-де-Во сопоставлял христианское учение с исламом, его внимание привлекли труды аль-Фараби.

Признавая заслуги Карра-де-Во в популяризации учения аль-Фараби, Мус-тафа Шокай уверен, что при рассуждениях о значении «модели добродетельного города» Фараби важно не допустить ложных трактований. Шокай твердо убежден, что у аль-Фараби не может быть ничего общего со сверхчеловеком и сверхрасой, идеями Ницше.

Тот факт, что Шокай отрицает ницшеанские идеи у аль-Фараби, служит косвенным доказательством непринятия им фашистской идеологии. Его занимала тема взаимодействия «Европа и Азия», «Запад — Восток», поиск нравственного начала философами прошлого.

Интересно, что исследованный нами исторический эпизод имел продолжение в последующей историографии темы аль-Фараби. В средние века, если верить исследованиям М. Мооса, некоторые ответвления в исламе отличались воинственностью. На фоне их еще более миролюбивым представляется идеальное общество-город аль-Фараби. Его учение, относимое рядом зарубежных ученых к «утопиям», вполне может рассматриваться в качестве примера для подражания и образцом для мусульман и других конфессий. Труды аль-Фараби интересуют ученых и заставляют вновь к ним обращаться — в поисках истины и альтернативы. Сегодня, в 21 веке, миролюбие тюркской ментальности ставит ее на достойную высоту.

Мессианские ожидания преследуют человечество — к этому выводу приходят американские исследователи послевоенного периода. Имеется высокая оценка места аль-Фараби в интеллектуальной истории средних веков. Тема добродетельного города аль-Фараби упоминается в контексте сравнительных исследований.

Идеи проектирования «smart city» — умного города — сегодня актуальны на планете и в Казахстане. А задумана эта прекрасная модель разумного сосуществования была уроженцем города Отрара, гением аль-Фараби.

Подготовила Нина МИТЧИНОВА.

Читайте также