ВОПРОС РЕБРОМ
Первые центры поддержки семьи открылись в нашем регионе еще до принятия нормативных актов, в 2023 году. Но, похоже, до сих пор не существует единой концепции их работы. Противоречия, назревшие в этой сфере, обсуждались недавно на заседании совета по вопросам семьи и социальной защиты населения в областном филиале партии AMANAT.
Как рассказала руководитель отдела соцпомощи и информационной работы облуправления координации занятости Ботагоз Ахметова, в районах области действуют девять центров поддержки семьи. Создавать их было решено при Министерстве культуры. Но курирующими органами на местах назначены управления координации занятости.
Так что и работают центры в соответствующем ключе. Располагаются по 4-6 сотрудников в небольших кабинетах, чаще всего – прямо при отделах занятости. Тем, кто обращается, помогают с трудоустройством, оформлением документов и адресной соцпомощи, предоставляют благотворительную помощь от спонсоров.
Создана в области и 121 мобильная группа для работы с проблемными семьями. Но та помощь, которую они оказывают, тоже в основном связана с трудоустройством, юридическими консультациями и выдачей материальных благ от спонсоров. По данным управления координации занятости, центры оказали уже 1 687 услуг более чем 1 100 обратившимся гражданам.
Какова отдача?
Однако что это за услуги и удалось ли кому-то действительно помочь, не ясно. Как отмечали на заседании, большинство видов помощи дублируют функции благотворительных организаций и госорганов – управлений соцзащиты, образования, здравоохранения, ЦОНов. Стоило ли для этого создавать новые учреждения?
Важным элементом их работы должна была стать психологическая помощь. Но сейчас в центрах нет даже отдельных кабинетов для психологов, где можно было бы вести прием. Как при этом оказывают консультации и насколько загружены штатные психологи центров, большой вопрос.
Хватает и других проблем. Например, не налажен обмен информацией между районами: немало случаев, когда неблагополучные семьи, переезжая из региона в регион, обращаются в центр конкретно за благотворительной материальной помощью. И получают ее, ведь никто не отслеживает, какая работа велась с этими людьми раньше. В итоге получается не сопровождение в сложной жизненной ситуации, а поощрение иждивенчества…
– Мы побывали в нескольких центрах в районах, посмотрели, как они работают. Кабинеты казенные, специалисты сидят в одном помещении. Как они могут оказывать психологическую помощь, юридическую, медиативную? Человек пришел, хочет поговорить наедине. Продуктивной беседы в таких условиях не составить. Изначальная цель этих центров не выполняется. Они стали подразделениями центров занятости и работают в том же формате. Нужно смотреть и на продуктивность их работы – какова отдача? – задавала логичные вопросы заместитель исполнительного секретаря областного филиала партии AMANAT Акманат Алимбетова.
– Нельзя забывать, что эти центры созданы при Министерстве культуры, а не соцзащиты. Их работники не должны заниматься трудоустройством или давать юридические консультации. Их главная задача – пропагандировать семейные ценности, – высказала уверенность директор Акмолинского областного филиала РОО «Сенімен Болашақ» Айгуль Нурмаганбетова.
По ее мнению, специалисты центров могли бы объяснять молодым келинкам, как вести себя в новой семье, учить свекровей уважать мнение молодежи, работать над сохранением семей, оказавшихся на грани развода…
Функционал есть, но…
Между тем в правилах работы центров поддержки семьи, утвержденных приказом министра культуры, оговаривается конкретный функционал: консультативная помощь, оценка и определение потребности в мерах господдержки, организация работы мобильных групп, координация госорганов, организация временного проживания для лиц с признаками бытового насилия…
Есть там и пункт «организация мероприятий для пропаганды семейных ценностей». Но главное – в центрах должны составлять индивидуальный план работы с каждой семьей. А потом мониторить эффективность оказываемой помощи, составлять отчеты и аналитику.
По факту, как отмечала на заседании руководитель ОФ «Дом мамы», депутат областного маслихата Куралай Джумабекова, в центрах не составляют социальные портреты семей и планы работы по выводу из кризисной ситуации, не ведут журналов учета бесед с семьями, слабо поставлена работа с местными акиматами, советами матерей и общественными организациями. Более того, в центрах нет даже перечня услуг, которые они могут предоставить. Соответственно, нет и методики внутреннего контроля, оценка эффективности собственной работы отсутствует.
Нет пока возможности и предоставлять временное убежище пострадавшим от бытового насилия – финансирование не позволяет арендовать жилье. Впрочем, председатель совета при филиале партии и советник акима области по вопросам людей с инвалидностью Василий Шиманский возразил: правильнее было бы изолировать все-таки агрессора, а не жертв…
Начальник тот, кто ближе
Кстати, когда открывались первые центры, регион сотрясали скандалы, связанные с жестоким обращением с детьми в приемных семьях. Тогда говорили, что сотрудники ЦПС возьмут на себя мониторинг таких семей, так как сотрудники органов опеки делать этого не успевают. Но оказывается, в утвержденном функционале центров поддержки семьи этих обязанностей как раз нет… Зато недавно им передали работу по ресоциализации осужденных. Как призналась Ботагоз Ахметова, потому что вовремя не был проведен конкурс на госсоцзаказ и эти услуги оказывать стало некому…
Между тем представитель управления координации занятости уверена, что работа центров поставлена как надо. По ее словам, два центра из девяти уже подали заявки на финансирование открытия и оборудования кабинетов психологов. К тому же все вопросы, которыми занимаются в центрах, – от ресоциализации осужденных до обучения финансовой грамотности – все это как раз и есть работа с семьями.
– Одна только есть проблема – низкие зарплаты. Специалисты карьерных центров (бывших отделов занятости) получают доплату, но у работников центров поддержки семьи ее нет. Многие уходят. Обидно, потому что работают они эффективно, – сказала руководитель отдела соцпомощи.
Кто и как, а главное, по каким критериям эту эффективность оценивает, она не уточнила. Но отметила: на финансирование девяти работающих в регионе центров только в этом году из бюджета области выделено 129 млн тенге: от 15 до 20 млн на каждый. «Сумма небольшая, необходимо ее увеличивать», – резюмировала Ботагоз Ахметова.
Председатель совета Василий Шиманский предложил этот вопрос обсудить еще раз. А для начала пересмотреть условия занятости сотрудников: вряд ли, к примеру, консультирующий юрист должен присутствовать в центре полный рабочий день…
Среди всех вопросов, прозвучавших на заседании, несложно ответить только на один: как вышло, что вместо полноценных семейных центров на свет появились «дочки» управления соцзащиты? Ответ достаточно прост: если уж министерства изначально не сумели определиться, кто будет координировать работу центров, то управление взяли на себя те, кто ближе.
Другой вопрос, как сделать эти организации действительно полезными обществу и конкретным людям? Здесь, похоже, чиновникам придется подумать еще…
Фото автора.
