ПРОФИЛАКТИКА
«В Таразе женщина выбросила двоих своих детей из окна пятого этажа. По предварительной информации причиной поступка матери стала депрессия».
К сожалению, о том, что дети становятся калеками, гибнут от рук своих родителей, мы узнаем все чаще. В причинах каждого из чудовищных случаев досконально должны разбираться специалисты, уполномоченные органы.
Уже сейчас звучат обоснованные выводы: общим для каждой трагедии является низкий уровень социальной, психологической и психической устойчивости агрессоров.
Фото с сайта iapn.kz
Но даже при этом предложение Уполномоченного по правам ребенка РК Динары Закиевой выглядит несколько неожиданным. Тезисы о «необходимости профилактики и своевременного вмешательства» вполне ожидаемы, повторяются после каждой трагедии. На сей раз зашла речь о том, что, по ее мнению, серьезным препятствием для защиты прав детей остается медицинская тайна. В частности, из-за требований о неразглашении органы здравоохранения не передают сведения органам опеки о семьях, в которых несовершеннолетние проживают с родителями, имеющими тяжелые депрессии или психические расстройства.
Отсюда и предложение: внести в действующее законодательство нормы, позволяющие передавать в уполномоченные органы по защите прав детей информацию о психических заболеваниях родителей.
С просьбой прокомментировать это предложение и рассказать, насколько опасна депрессия, мы обратились к директору ГКП на ПХВ «Областной центр психического здоровья» Александру Высоцкому.
– Александр Анатольевич, на Ваш взгляд, насколько реалистичны и эффективны предлагаемые меры?
– Давать какую-либо оценку не буду. Но есть в Кодексе РК «О здоровье народа и системе здравоохранения» статья 273 (врачебная тайна). Она защищает конфиденциальность информации «о факте обращения, состоянии здоровья, диагнозе и лечении пациента. Разглашение без согласия пациента запрещено, за исключением законных случаев, даже после смерти пациента». Эти нормы полностью соответствуют мировым стандартам и рекомендациям ВОЗ…
При этом надо понимать, что мы владеем информацией только о тех людях с психическими расстройствами, которые обратились к нам за помощью. Сколько нездоровых людей воспитывают детей, не обращаясь к докторам, не знает никто. Но очевидно, что на психиатрический учет поставлены далеко не все.
Очевидно и то, что если вдруг подобные меры примут, то людей, обращающихся к нам за помощью, станет еще меньше.
Надо учесть и следующее: есть частнопрактикующие психиатры, наркологи. И они делиться данными о своих больных не будут никогда, иначе пациентов потеряют.
Страдающих детей, конечно, жаль. Но надо искать более эффективные и законные способы помощи им и их нездоровым родителям.
– Теперь, пожалуйста, о депрессии. Хочу признаться, что до сей поры мне трудно признать ее заболеванием. Как бы ни было сложно, у тебя дети, родители пожилые… Так что «встань и иди», работай, заботься о них… И депрессия уйдет.
– Знаете поговорку «Сытый голодного не разумеет»? С полным правом можно перефразировать: «Здоровому больного не понять».
В психиатрии принято говорить не «заболевание», а «расстройство». Так вот: депрессия – это серьезное расстройство. В зависимости от степени, конечно. Если стадия начальная, если ее «поймали» на стадии синдрома, то может быть достаточно психотерапии. Если человек страдает давно, то нужны и психотерапевтическое, и медикаментозное лечение. Причем есть пациенты, с которыми мы работаем десятилетиями, они периодически лечатся в стационаре, но окончательно выйти из этого состояния все-таки не могут.
– Как же понять, что у человека не просто плохое настроение, а депрессивное расстройство? И на какой стадии?
– Плохое настроение, конечно, главным признаком депрессии не является. У кого не бывает? Но если оно не улучшается пару недель, то к страдающему им человеку нужно присмотреться внимательнее.
Как правило, расстройство сопровождается замедлением темпа мышления, снижением двигательной активности. Полная апатия, бездействие. Нет побуждения и воли что-то делать, что-то изменить.
У кого-то бывают всплески нездоровой активности, бессонница… Но чаще страдающие депрессивным расстройством «спят на ходу». У них постоянная сонливость.
Человеку сложно сосредоточиться или выполнять даже простые расчеты, например, посчитать коммунальные платежи. Трудно выйти на работу, он предпочитает оставаться в постели, не обращая внимания на события вокруг.
Практически у всех – ангедония. Это явление противоположно гедонизму – стремлению к получению удовольствия. Наступает полное равнодушие к тому, что раньше радовало.
Одна из наших пациенток лечится от депрессии не первый год. Находилась на стационарном лечении. Диалог с ней был примерно таким: «О! Вас дети с днем рождения приезжали поздравить!» Пожимает плечами: «Ну приезжали…» «Вкусный торт Вам привезли». «Мне все равно, я давно не различаю вкусов». «У вас внук родился. Вы рады?» Пожимает плечами: «Ну, родился…»
Человеку с депрессивным синдромом трудно сконцентрироваться, принять решение, он утрачивает смысл жизни. Появляются идеи саморазрушения. В голове – постоянная «мысленная жвачка», постоянно крутится: «Надо было…»
Рефлексия, самоанализ, конечно, нужны. Но нельзя в этом застревать. Утрата позитивной самооценки ведет к мыслям о самоубийстве.
Чаще всего к нам обращаются люди уже в запущенной стадии. Когда начинают осознавать, что с ними что-то не так, едут по святым местам, обращаются к народным целителям… Время уходит, заболевание прогрессирует.
Когда приходят к нам, то чаще всего одной психотерапией уже не обойтись. Необходимо медикаментозное лечение. Хочу подчеркнуть: его проводить можно только под наблюдением врача.
В одной из городских аптек видел, как вполне открыто, не опасаясь, девушке продали один из препаратов из группы антидепрессантов. В ответ на мое возмущение услышал: «Они безрецептурные, как семечки разлетаются, спрос очень большой». Скорее всего, покупательница, молодая, интересная девушка – наш будущий пациент. И не только она.
– Будьте добры, объясните, почему депрессия возникает, и кто ей более подвержен?
– Причины условно можно подразделить на две группы.
Экзогенные – внешние факторы. В их числе: психотравмирующие ситуации, хроническое напряжение, отсутствие отдыха, перегруженность обязанностями, человек вынужден заниматься нелюбимым, тяжелым для него делом… В этом ряду и соматические заболевания.
Токсические поражения, вызванные употреблением наркотиков, алкоголя скорее можно отнести в группе внешних факторов. Как и условия, в которых растут дети.
В числе эндогенных причин, конечно, генетическая предрасположенность. Благополучная социальная среда, воспитание могут сгладить, отсрочить, но в любом случае – гены свою роль сыграют.
По статистике женщины подвержены депрессии в большей степени, нежели мужчины: гормональные сдвиги, эмоциональные качели…
Корреляцию с уровнем образования, интеллекта установить сложно. Но среди людей с задержками психического развития страдающих депрессией нет. Они радуются тому, что есть, воспринимают это как данность. Не рефлексируют. Так что о библейском «Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь» забывать не стоит.
– Так что же делать? Как избежать этого опасного синдрома?
– Не буду повторять очевидное: обращайтесь к докторам.
От несчастий, горестных ситуаций не застрахован никто. Но справедливо утверждение: счастлив не тот, кто не имеет проблем, а тот, кто умеет их решать.
Здоровый человек говорит: «Надо идти дальше». Невротик в проблеме застревает. Заболевают люди, для которых повреждающий фактор оказывается сильнее компенсаторных возможностей организма.
На пятый день после гибели в ДТП девятнадцатилетнего сына обратилась мама: «Я не только спать, есть, я дышать не могу. Как будто из груди вырвали кусок и болит открытая рана».
Время, возможно, действительно лечит. Но очень опасно, когда смысл жизни человека – в ком-то другом: детях, родителях, муже… Теряешь их – утрачиваешь смысл. Очень важно иметь внутренний стержень.
Беседовала Нина МИТЧИНОВА.
Фото с сайта inform.kz
