Добро добром воздается

«А по документам отца не было» - статья с таким названием была опубликована в газете «Степной маяк» третьего июля 1988 года. Написала ее дочь человека, пережившего весь ужас политических репрессий.

-   Мечта стать учителем стала явью: успешно окончен учительский институт и получено направление в Щучинский район. Все складывается удачно: любимая работа, молодая жена, две дочурки. Но не пришлось Нурмагамбету Омарову начать еще один учебный год. Страшное в своей нелепости обвинение в политической неблагонадежности, приговор и ссылка в Сибирь. 14 лет провел он вдали от родной земли, - так пишет она о молодости своего отца.

О сибирском периоде жизни Нурмагамбета Омарова нам рассказала его падчерица Валентина Иванова. Слово «падчерица» часто вызывает негативные ассоциации, в нашем случае - это просто термин, обозначающий степень родства. Нурмагамбет Омаров, по ее словам, на «своих» и «чужих» детей никогда не делил, «ты мой алтын» говорил каждому ребенку.

- Появился он у нас в деревне Заплывино Большемуртинского района Красноярского края после войны. Весь в шрамах, два пальца на руке не гнулись - на лесоповале же работал, - вспоминает она о том, как в жизни их семьи появился Сары (почему-то Нурмагамбета все называли именно так) Омаров. - Мы казахов раньше не видели, говорили о нем просто - «нерусский», к нему все хорошо относились: грамотный, тихий, работящий, лошадей любил, конюхом работал. Такого почерка ни у кого в деревне не было, все приходили к нему, чтобы прошения писал.

Ее мама - Нина Иванова - овдовела в 28 лет. Муж Федор погиб при освобождении Латвии. На руках - двое детей. Младшему Виктору всего-то было четыре года. Пришел Сары: «Тебе трудно. Мне нелегко. У меня две дочери на родине, но жена уже замуж вышла за другого. Давай попробуем жить вместе». Потом пошел к родителям ее геройски погибшего мужа, встал на колени: «Простите нас, но Федора больше нет. Разрешите нам пожениться. Я их не обижу». Слово свое сдержал.

Жили, работали, три девочки родились. Его дочь Шабен (в сибирской деревне стала Шурой) из Казахстана приехала, восемь лет жила с ними, Нину называла мамой, а Виктор папой называл Сары.

12 октября 1955 года пришло известие об отмене приговора и снятии обвинения. Сары Омаров вместе с Шабен тут же поехали в Казахстан. Вернулся через три месяца: «Прошу тебя, поедем со мною. Там моя Родина, здесь я жить не буду».

День приезда в Кокшетау Валентина Федоровна помнит так, будто это было вчера: «26 апреля 1956 года вышли из поезда. Фанерный чемодан, в котором чуть ли не все наше имущество уместилось, до сих пор на чердаке дачного домика стоит. Сели в грузовичок, тентом покрытый. Едем, вижу - сплошной пустырь, спрашиваю: «Когда будем в городе?». Отвечают: «Да мы уже в нем». Я думала, что едем в город, на Красноярск похожий. Других-то не видела». Привез Сары Омаров свою большую семью в крохотный домик сестры Рахимы. Спали на полу, но никто не жаловался, встретили так, как будто всю жизнь только их и ждали.

Первая покупка - резиновые сапоги. Без них было не обойтись. «В магазин зашли, а там конфет разных... Мы в Сибири таких и не видели, а здесь уже целину поднимали, снабжение было другим», -делится Валентина Федоровна своими первыми впечатлениями.

Что такое казахское гостеприимство сибиряки ощутили буквально с первого дня: «Тогда все жили трудно. Но к кому бы из его родни ни приехали, каждый последнее на стол ставил. Особенно любили ездить к дяде Балтабаю».

Продали жилье в Сибири, на вырученные деньги купили домик здесь, старшие члены семьи устроились на работу, младшие учились. Жизнь потихоньку налаживалась. Все дети получили образование, кто в техникуме, а кто и в институте. Все создали хорошие, прочные семьи. Но дочери Нурмагамбета Омарова до самого замужества носили фамилию Ивановы. На этом настаивал он сам. Даже будучи реабилитированным, любящий отец боялся, что его судимость как-то помешает детям строить свою жизнь.

- Впервые я подписываюсь фамилией дорогого мне человека - моего отца. Пусть это будет данью глубокого уважения, любви и почтения дочери и наказом людям не забывать незаслуженно обиженных людей, которые, несмотря на все тяготы, выпавшие на их долю, выстояли и сумели повториться в своих детях и внуках. Татьяна Иванова-Омарова, - такими словами завершает она рассказ об отце.

Нурмагамбета Омарова не стало в 1987 году. С каждым годом среди нас все меньше людей, на себе испытавших, что такое быть невинно осужденным, в одночасье оторванным от родной земли, близких. Выжили, не сломались, потому что помогали друг другу. Помогали, не глядя на внешность, на национальность, не ожидая слов благодарности. Но добро всегда воздается добром не только в сказках. Так было и будет.

Нина МИТЧИНОВА.

GD Star Rating
loading...
GD Star Rating
loading...

Другие статьи по этой теме

ДЕНЬ ПАМЯТИ ЖЕРТВ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ И ГОЛОДА: Века прош... Века прошли, но имя светло... В День памяти жертв политических репрессий и голода кокшетауцы не забыли помянуть и личностей, подвергшихся произволу в...
31 МАЯ — ДЕНЬ ПАМЯТИ ЖЕРТВ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ И ГО... Уроки прошлого обязывают... В этом году исполнилось 80 лет, ведущих отсчет от скорбной даты: 6 января 1938 года в АЛЖИР прибыл первый этап женщин с д...
31 мая в Акколе 31 мая в День памяти жертв политических репрессий в Аккольском районе в рамках республиканской акции «Өткен күндер ызғары» был организован митинг, воз...
Такие дни бесследно не проходят 31 мая, в день, когда все казахстанцы отдают дань уважения жертвам массовых политических репрессий прошлого столетия в учреждениях уголовно-исполнител...
31 мая — День памяти жертв политических репрессий и го... «История повторяется, если ее забываешь» В стенах Дворца общественного согласия г.Кокшетау 31 мая состоялось мероприятие, посвященное Дню памяти жерт...

!!! Комментарии рассматриваются редакцией, но на сайте не публикуются. В качестве комментария можно задать вопрос, высказать свои замечания и пожелания. !!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *